Amik

С чего все начиналось.

Сегодня на дворе 2001 год. Сегодняшний КВН так же не похож на КВН почти 40-летней давности, как непохожи первые телеприемники с линзой на современные "SONY" и "РANASONIC" с плоским экраном, квадрозвуком и прочими прибамбасами. И все же. С чего все началось?

1956 год. Как гром среди ясного неба XX Съезд КПСС. Разоблачен культ личности Сталина. Еще нет "Таганки" и "Современника", еще не звучат из всех окон песни Окуджавы и Высоцкого, но в стране уже повеяло свободой. Москва становится столицей Всемирного фестиваля молодежи и студентов. Юные головы уже полны счастливыми надеждами, творческими прожектами, гениальными идеями...

1957г.

Сергей Муратов: На комсомольском собрании я встал и сказал: "Приближается фестиваль молодежи и студентов в Москве, а у нас на телевидении даже нет редакции, которая бы занималась программами для молодых!" Все дружно согласились, что такая редакция нужна: "Вот ты этим и займешься". Я и занялся. Так возникла редакция "Фестивальная". Именно в это время я услышал о Мише Яковлеве, инженере электролампового завода. Мне сказали, что он сочиняет фразы. Что значит "фразы"? Ну, например: "У меня перестал болеть зуб, и я спокойно слез со стены". Меня поразил этот жанр. Я решил: такой человек обязательно должен участвовать в телевизионных затеях.

Альберт Аксельрод: Вообще все это затеял Сергей Муратов...

Сергей Муратов: Все это придумал не я. Дело в том, что незадолго перед тем я познакомился с режиссером из Чехословакии Станиславом Страдом. Он рассказал, что ведет самую популярную в стране программу "ГГГ" -"Гадай, гадай, гадальщик". И мы придумали схожую по жанру и названию игру - "Вечер веселых вопросов". Так что славная традиция заимствовать телеидеи заложена была нами.

Михаил Яковлев: Первый сценарий "ВВВ" написали мы с Андреем Донатовым весной 1957 года. Редактором был Муратов, а ведущими - популярный композитор и замечательный острослов Никита Богословский и молодая актриса Маргарита Лифанова. Отбирая для передачи номера студенческой художественной самодеятельности, мы впервые увидели тогда еще студента медицинского института Альберта Аксельрода и тогда еще студента факультета журналистики МГУ Марка Розовского. Увидели и сразу же в них влюбились. Было решено, что Богословский и Лифанова проведут только первое отделение передачи, создадут своеобразную рекламу "ВВВ". Вести второе отделение предоставили Аксельроду и Розовскому.

Марк Розовский: Замысел был такой: все входные билеты разрезались зигзагом пополам и тасовались, чтобы зрители искали свою "половину". И вроде бы мы с Аликом случайно нашли друг друга. Но я свой билет от волнения потерял и схватил какой-то другой. Мы перед камерой их сдвинули - не сходится! Короче, началось с маленького кикса. Но прошло блестяще.

Альберт Аксельрод: Можно сказать, что в истории телевидения произошел знаменательный факт: впервые микрофон оказался в руках не только не профессионалов, но людей, официально ни за что не отвечающих. Передача произвела фурор. Родилась первая советская викторина.

Ксения Маринина: До какой степени тогда выверялось каждое слово - сейчас невозможно вообразить. Хорошо помню одного диктора, которого в момент уволили за нечаянную оговорку. Эфир был только прямой. Если бы ведущий что-то ляпнул - нам всем не сносить головы.

Сергей Муратов: Это был дебют для всех. Игра шла не с командами, как позднее в КВНе, а со зрителями. Совершенно случайные люди вызывались на сцену при помощи разных трюков. Скажем, ведущий выстреливал в зал парашютиком - на кого опустится, тот выходит. Зрители впервые стали действующими лицами. И не только те, кто в зале, но и сидящие у телевизора.

Михаил Яковлев: На первом эфире мы предложили: кто первый привезет три вещи: 7-й том Джека Лондона, фикус в горшке и черепаху, - тот победитель.

Сергей Муратов: Не черепаху, а керосинку. Приготовили три приза, а приехало человек двадцать. Пришлось как-то выходить из положения. На этих конкурсах с приездами мы и подорвались в третьей передаче. Конкурс, из-за которого все произошло, был придуман Богословским еще во время подготовки второй программы: наградить того, кто руководствуется народной мудростью "готовь сани летом". Но приехать в тулупе, валенках и ушанке даже летом несложно. Найти самовар тоже не проблема. А мой приятель из Чехословакии предупреждал, что у них был печальный опыт с легким заданием для зрителей. И я, предвидя будущие неприятности, тут же отмел идею Никиты Владимировича. Передача прошла без этого конкурса. А дальше я, как назло, уехал из Москвы в командировку.

Михаил Яковлев: Вдруг накануне эфира выясняется, что по какой-то причине сорвался центральный конкурс с приездом. И тут кто-то вспомнил о несостоявшемся замысле с шубами. Чтобы усложнить задание, мы ввели дополнительное ограничение: привезти с собой номер газеты от 31 декабря прошлого года. Но, объявляя условия конкурса, Богословский об этом ограничении забыл.

Ксения Маринина: Эта злополучная передача шла на третий день моей работы программным режиссером. В моем распоряжении был резерв - художественный фильм на случай нарушения хода трансляции. За него отвечал мальчик с ключами от сейфа. Но у него в тот вечер было свидание. Подходит он с жалобным лицом и говорит: "ВВВ - передача на целый вечер. Можно мне уйти?" Я отпустила влюбленного мальчика, а он увез с собой ключи от сейфа.

Марк Розовский: И тут выходит Никита Владимирович Богословский и выдает конкурс, которого, как потом говорили, в сценарии не было. Надо было приехать в шубе и валенках. А уж валенки в нашей державе... Может, один Никита Владимирович их и не носил.

Михаил Яковлев: И началось... Больше всего были изумлены работники ГАИ: непонятно, почему в сентябре при теплой погоде, часов в восемь вечера в сторону Университета на Ленинских горах вдруг устремились толпы людей на велосипедах, на мотоциклах, в частных машинах, в такси, и все одеты по-зимнему!

Альберт Аксельрод: А вход в высотное здание МГУ только по удостоверениям. Об этом тоже как-то не подумали, когда предлагали конкурс. И вот началось столпотворение: приехавших не пропускают, всем жарко, каждый хочет быть первым.

Марк Розовский: Сначала мы очень веселились. Помню, одним из первых вбежал летчик из Норильска в унтах. Зал ему аплодировал, кричали, что надо дать премию. Но потом началось что-то несусветное. Толпа заполнила зал, ворвалась на сцену. Милиционеров у входа просто смели. Кто-то ухватился за заднюю кулису, и она сорвалась.

Михаил Яковлев: Прорвались с выкриком: "Нас пригласил Богословский!!!" Когда на сцене стали появляться эти энтузиасты в шубах и валенках, со своего места вдруг встал секретарь комсомольской организации МГУ, красивый крепкий парень, и зычно провозгласил: "Комсомольцы, ко мне!" В ответ поднялась добрая половина зала, ребята ринулись на сцену восстанавливать порядок.

Ксения Маринина: Смотрю на мониторы - ничего не понимаю. Вижу ужас на лице Богословского, вижу, как на сцену врываются люди с самоварами, орут, толкаются - жуткое зрелище. Я прервала трансляцию, но резервного фильма то уже не было. И весь оставшийся вечер эфир был пустым. Как при путче.

Никита Богословский: Нам с Севой Ларионовым пришлось уходить через какие-то двери с другой стороны, чтобы не быть растерзанными.

Из архивов ЦК КПСС: "Работники телестудии стали на путь подражания худшим приемам и нравам буржуазного телевидения... Подобный случай мог произойти только в условиях политической беспечности руководства телевидением. Партийно-политическая работа поставлена слабо, до сих пор среди работников студии не обсуждена статья Н.С.Хрущева "За тесную связь литературы и искусства с жизнью народа..."

Никита Богословский: Некоторое время после скандала было тревожно: посадят, не посадят... Снять то меня было неоткуда, разве что пожаловаться в Союз композиторов. Но радости, конечно, было мало... Но в общем-то я ко всему отнесся с юмором.

Марк Розовский: И все-таки мы считаем, что победили в этой истории. Диссидентами мы не были. Но сколько ни говори, что передача была шутливая, развлекательная, - это был маленький глоток свежего воздуха, прорвавшегося на ТВ.

Сергей Муратов: Ксения Маринина, которой ничего другого не оставалось, воспользовалась на той передаче единственной заставкой, бывшей у нее под рукой: "Перерыв по техническим причинам". Зрители решили, что это очередной розыгрыш: "Знаем мы ваши технические причины!" Долго хихикали. Но надпись все стояла. Последняя невольная шутка ВВВ. Перерыв "по техническим причинам" длился четыре года.

Михаил Яковлев: За это время образовалась новая молодежная редакция с новым составом. И вот однажды Елена Гальперина, энтузиастка этой новой редакции, нам сказала: "Ребята, не сделать ли нам что-то в духе ВВВ?"

Сергей Муратов: Я говорю: "Лена, ты что забыла, чем кончается этот дух?" - "Ничего, - отвечает Лена, - беру ответственность на себя". Ах, на себя?!.. И мы собрались у Миши Яковлева на проспекте Мира. Опять втроем: Алик Аксельрод, Миша и я. Тогда и родился КВН. Нам хотелось, чтобы имя новой игры было сугубо телевизионным, а КВНом называлась тогда марка тогдашних телевизоров - солидных ящиков с крохотным экраном.

На фото: Отцы КВНа: М. Яковлев, А. Аксельрод, С. Муратов. Вместе с ними в студии редактор Е. Гальперина

по материалам статей к книге "Мы начинаем КВН".
×
Добрый день! Сайт kvn.ru использует cookie-файлы, а также метрики Яндекс и Google для получения статистики, помогающей оценить работу сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов и учет вашего посещения в метриках Яндекс и Google. Это совершенно безопасно!